Его сердце устало,
его сердце сдалось.
Он забыл, кем он был.
Он не знал, кем он стал -
Когда небо однажды
в его жизнь ворвалось
Отменяя бескрыло-
Привычный финал.
Его мысли обтачиваясь,
вошли в колею.
Только вот незадача –
скорей, не в свою:
Не ему назначенную,
Иллюзорно-обманчивую.
Серовато-невзрачную,
Застывшую на краю.
Он теперь это прячет
От себя – не иначе.
А давление скачет.
В тень уходит слеза.
Где-то он слишком шумный.
Но проходят с безумной
Быстротой его годы -
Порожняк-поезда.
Правда, он хорохорится,
Будто всё ладно спорится.
Только права пословица:
Главный враг – это страх.
Ах, как жаль – не отважился
Он на взлёт, когда жаждал так!...
...Что ж, крылатая конница
ждёт других на путях.
Нина Матэф,
Israel
После моих долгих поисков и хождения ложными путями Господь Сам нашёл меня, и это была незабываемая встреча Отца и Его блудной дочери.
Прочитано 10730 раз. Голосов 3. Средняя оценка: 5
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Нина,вижу много новых стихов.Обязательно все прочитаю.Этот понравился.Правду пишешь.Бывает такое. Комментарий автора: Спасибо, Алл, за отзыв. Да, часто бывает, когда мы, верующие люди, "рождённые летать", живём как... "улитки". И это грустно!..
Поэт и еврейский язык - zaharur На вышеприведённой фотографии изображена одна из страниц записной книжки Александра Сергеевича Пушкина, взятая из книги «Рукою Пушкина. Несобранные и неопубликованные тексты». — 1935г.
В источнике есть фото и другой странички:
http://pushkin.niv.ru/pushkin/documents/yazyki-perevody/yazyki-perevody-006.htm
Изображения датированы самим Пушкиным 16 марта 1832 г.
В библиотеке Пушкина была книга по еврейскому языку: Hurwitz Hyman «The Elements of the Hebrew Language». London. 1829
Это проливает некоторый свет на то, откуда «солнце русской поэзии» стремилось, по крайней мере, по временам, почерпнуть живительную влагу для своего творчества :)
А как иначе? Выходит, и Пушкин не был бы в полной мере Пушкиным без обращения к этим истокам? Понятно также, что это никто никогда не собирался «собирать и публиковать». Ведь, во-первых, это корни творчества, а не его плоды, а, во-вторых, далеко не всем было бы приятно видеть в сердце русского поэта тяготение к чему-то еврейскому. Зачем наводить тень на ясное солнце? Уж лучше говорить о его арапских корнях. Это, по крайней мере, не стыдно и не помешает ему остаться подлинно русским светилом.
А, с другой стороны, как говорится, из песни слов не выкинешь, и всё тайное когда-либо соделывается явным… :) Конечно, это ещё ничего не доказывает, ведь скажет кто-нибудь: он и на французском писал, и что теперь? И всё же, любопытная деталь... Впрочем, абсолютно не важно, была ли в Пушкине еврейская кровь, или же нет. Гораздо важнее то, что в его записной книжке были такие страницы!
